В 2025 году государство заложило на поддержку импортозамещения более 850 млрд рублей — правительство активно вкладывает ресурсы, создает нормативную базу и стимулирует переход бизнеса и госструктур на российское оборудование и ПО. И если несколько лет назад компании могли выбирать, заменять ли зарубежный софт и железо на российский, сегодня импортозамещение становится системной необходимостью.
Что ждет российские предприятия в ближайшее время, кому импортозамещение нужно сильнее всего и как преодолеть сложности на пути к российским решениям — разобрали в статье.
Прошлое и будущее: как рынок адаптируется к новым требованиям
Курс на импортозамещение в России был задан еще в 90-х, с 2014 года государство начало активно включаться в процесс, а с новыми санкциями в 2022 стало понятно, что обратной дороги нет. Тема импортозамещения одновременно продвигается государством сверху и дает о себе знать в самих рабочих процессах — поддерживать зарубежные решения становится всё сложнее.
По данным на середину 2025 года, только около 2 % государственных и 1 % коммерческих организаций полностью перешли на российские решения. Однако есть и позитивная статистика — доля отечественного «железа» в банковском секторе достигла 75 %, а российское ПО используется на 31 % предприятий промышленности и ТЭК. Несмотря на не особо радужную статистическую картину, в 2025 импортозамещение существенно ускорилось, и на это есть причины.
Главная — государственная активность. С одной стороны регулирование бизнеса только усиливается, с другой — появляется больше господдержки. К 2028 году госкомпаниям предписано использовать не менее 60 % отечественной радиоэлектроники, а к 2026 году будет утверждена методика формирования приоритетных направлений ИТ-импортозамещения. Вместе с тем осенью активизировалась работа Центра компетенций по индустриальному и общесистемному ПО, который должен ускорить внедрение российских решений в промышленности и энергетике за счет господдержки и помощи в организации импортозамещения.
Еще один фактор — с господдержкой появляется все больше новых стартапов, предлагающих более современные и «зрелые» решения. На эти решения есть хороший спрос со стороны госсектора и крупного бизнеса.
В Совете при президенте РФ считают, что процесс импортозамещения займет еще не больше двух лет. Например, к 2027 уровень замещения в критической инфраструктуре и энергетике может достичь 70–90 % по ключевым компонентам. Звучит, будто российский бизнес и госкорпорации уже достигли как минимум середины программы по импортозамещению. Но даже если нет, в ближайшие 2-3 года процесс явно достигнет своего пика, и тем, кто принимает решения медленно, придется ускориться, чтобы не отстать от рынка. Так ли это просто?
Почему импортозамещение идет так медленно?
Главные сложности остаются прежними: техническая незрелость многих российских решений (приходится это признать), высокая стоимость НИОКР, кадровый дефицит и риски того, что весь проект провалится и работа «встанет». К этому добавились и новые проблемы — увеличение количества фальсификатов и клонов зарубежных продуктов. Попробуем разобраться, как с этим бороться.
Разрабатывать собственные решения и внедрять их долго и дорого. Однако не все знают, что государство готово поддерживать НИОКР — субсидиями можно покрыть до 70% затрат на исследования и опытно-конструкторские работы. Ускориться можно путем привлечения опытных исследователей и разработчиков, или приобрести готовые решения.
В покупке готовых решений есть свои нюансы: спрос растет быстрее, чем качество. С одной стороны на рынке есть «серые» клоны зарубежных продуктов — пользоваться ими привычно, но небезопасно. С другой — зачастую слишком «сырые» российские решения, со сложностями в интеграции и совместимости, когда, например, бэк-офис от одного российского вендора не способен интегрироваться с фронт-офисом от другого.
Что выбирать — непонятно. Здесь можно снизить риски за счет пилотных проектов и гибридных схем. Постепенный переход позволяет протестировать совместимость и избежать остановки бизнес-процессов.
Важную роль играют интеграторы: они решают вопрос отсутствия в компании квалифицированных по импортозамещению кадров, и помогают осуществить плавный переход. Да, иногда интеграторам не хватает экспертизы для внедрения российского ПО — ведь практически весь российский софт новый, но есть и те, кто еще во времена массовых поставок зарубежных решений работал с российским ПО, уже «набил руку» и точно сможет поставить качественный продукт.
Импортозамещение как стратегия
Что бы компания ни выбрала — приобрести новые решения самим или обратиться к интегратору, простая замена одного софта на другой не может называться импортозамещением. Замена отдельно взятого иностранного ПО без подготовки часто приводит к сбоям и перерасходу бюджета, поэтому ключевым становится архитектурный подход. Как и с любыми цифровыми изменениями, скорее всего компании понадобится полная трансформация.
Зачем же так усложнять? Если на старте заменить одно приложение другим кажется простым решением, то уже через несколько месяцев может выясниться, что система не масштабируется, не интегрируется с другими модулями или требует дорогих доработок. А вот когда организация формирует архитектурную стратегию с дорожной картой, внедрением пилотов и их оценкой, поэтапным переходом и обучением персонала, она начинает мыслить не отдельными продуктами, а экосистемой решений. Так можно заранее предусмотреть интеграцию между модулями, резервирование данных, вопросы совместимости и безопасности, что особенно важно для крупных предприятий и госсектора.
Первыми под импортозамещение
Какие отрасли активнее всего переходят на российские решения? Наиболее требовательно государство относится к объектам критической инфраструктуры, а значит первыми прийти к полному импортозамещению должны три главные отрасли — госсектор (от военных объектов до образования), энергетика и промышленность.
Интенсивно процесс идет в госсекторе, где действуют прямые регуляторные требования. С 2016 действует запрет на госзакупки иностранного ПО. В 2018 году издан Приказ о переходе государственных компаний на отечественное ПО до 2021 года. К 2021 реализовать приказ удалось не на всех уровнях — например, в образовании только приступают к активному переходу на российские решения. Есть и истории успеха — например, «Ростелеком» планирует завершить полный переход на российское ПО уже к концу 2025.
Однако и здесь со стороны государства есть активная помощь: кроме обязательных мер и требований нацпроекты предполагают финансирование. Так, в 2026-2027 году по Нацпроекту «Экономика данных и цифровая трансформация государства» более 300 млрд рублей будет направлено на федеральные проекты в социальной сфере, госуправлении и других.
В энергетике текущая ситуация лучше: объемы импортозамещенных решений только растут, несмотря на медленный переход — ведь это критическая инфраструктура, где всё нужно сделать поэтапно и безопасно. Здесь активно развиваются отечественные системы управления, телеметрии и промышленной безопасности.
По оценке вице-премьера Александра Новака, к 2027 году в нефтегазовой отрасли импортозамещение полностью завершится. Отличный пример того, как это работает — компания Systeme Electric, оперативно перешедшая с SAP на 1С ERP. Есть и другие энергетические компании, которые успешно вводили в эксплуатацию новое (тоже импортозамещенное) оборудование для критически важных сервисов и ПО от российского вендора Киберпротект.
Из трех выбранных сфер промышленность медленнее всего. Большинство отраслей в промышленности планируют увеличить объем российских решений до критических 80-85% только к 2030 году. Здесь важно не только внедрение ПО, но и поставки соответствующего «железа» для правильной инфраструктуры, а затем успешная интеграция софта с оборудованием. Правильно выстроенная стратегия — от аудита до техподдержки — поможет выполнить импортозамещение максимально эффективно и быстро.
Экономический эффект от импортозамещения IT в промышленности может достигать 470 млрд руб. в год или больше. Поэтому этой отрасли будет уделяться наибольшее внимание со стороны государства, а сами предприятия вскоре почувствуют необходимость перехода, чтобы не отстать от конкурентов.
Что делать дальше?
Похоже, что даже если вернутся зарубежные решения, обратного пути уже нет — государство продолжит поддерживать импортозамещение через финансирование НИОКР, субсидии и нормативные инициативы. А значит — переход на российские решения станет не только безопасным, но и наиболее выгодным решением.
Сегодня приходится рассматривать импортозамещение не как разовую замену ПО или оборудования, а как стратегический процесс модернизации всей ИТ-инфраструктуры. Начинать стоит с пилотных проектов и поэтапного внедрения, чтобы протестировать совместимость решений, оценить нагрузку на оборудование и адаптировать бизнес-процессы. Еще один критический момент — научиться выстраивать архитектурную стратегию и дорожные карты развития, включая резервирование данных, интеграцию модулей и оценку рисков. Вывод очевиден — чем раньше компании начнут относиться к импортозамещению как к долгосрочной инвестиции, а не к вынужденной необходимости, тем выше будет их конкурентное преимущество в будущем — уже через пару лет.